СМИ — союзники в противодействии эпидемии ВИЧ/СПИДа

СМИ играют большую роль в борьбе за права человека, особенно когда дело касается уязвимых к ВИЧ групп населения. Через широкое освещение в СМИ успешного опыта защиты прав силами сообщества и некоммерческого сектора, государство видит, что сообщество Людей Живущих с ВИЧ (ЛЖВ) и людей, уязвимых к ВИЧ, может и должно выступать ему равным партнером и союзником в противодействии эпидемии ВИЧ/СПИДа. Это помогает формированию положительного имиджа ЛЖВ и представителей других ключевых групп в обществе, снижает стигму и дискриминацию, повышает их самооценку и значимость в собственных глазах, служит стимулом для дальнейшей деятельности и профессионального роста.

Благодаря освещению успешных практик в СМИ огромное число ЛЖВ, Людей Употребляющих Наркотики (ЛУН) и представителей других уязвимых групп имеют возможность получать базовые правовые знания, алгоритм действий и инструменты, чтобы в дальнейшем самостоятельно решать в своих регионах проблемы, связанные с нарушением прав из-за ВИЧ.

Людмила Винс, руководитель проектов Центра социальной помощи ЛУНа , юрист-эксперт Межрегионального Центра Прав Человека в Екатеринбурге, обратилась в Фонд оперативной помощи ключевым группам населения ВЕЦА за грантом. Целью ее проекта является именно изменение правовой среды и общественного мнения в отношении людей, живущих с ВИЧ, и представителей уязвимых к ВИЧ групп через средства массовой информации.

Людмила, в чем заключается суть вашего проекта?

Алгоритм нашей деятельности таков — наш юрист с помощью партнеров, уличных юристов из регионов собирает успешные юридические практики и стратегически важные кейсы, подготавливает собранные материалы для публикаций в СМИ, дает им юридическую оценку и алгоритм решения проблемы. Инфоменеджер на основе кейсов пишет статьи в СМИ и на наши ресурсы, передает информацию о кейсах журналистам через рассылки и социальные сети, связывает СМИ и героев между собой для работы над материалом.

Можете уже рассказать о промежуточных результатах этого проекта?

Да, проект существенно помог развитию информационного направления в нашей работе, и положил начало новому проекту по обучению НКО России работе со СМИ. Мы нашли 17 кейсов, по которым выпустили 33 публикации. Каждый кейс содержал минимум одного человека — героя истории, а также минимум 2 человек, сопричастных к истории — близких родственников героя. Всего в историях приняло участие 51 человек.

Расскажите самые интересные и запоминающиеся случаи из проекта.

Самый яркий пример помощи в рамках этого проекта — это история Ольги (имя изменено). Мы опубликовали ее у себя на сайте. Этот материал сразу прочли местные журналисты, которые мгновенно отреагировали и выпустили еще ряд статей о том, что женщина в СИЗО не получает лечение ВИЧ-инфекции. Новость разлетелась стремительно, один журналист сделал множество запросов в государственные органы, получил положительный ответ от чиновников. Итог — девушке в тот же день выдали терапию.

Свою социальную деятельность по отношению к уязвимым группам вы начинали в 2009 году. Как изменилась статистика за это время?

В то время активно развивались программы снижения вреда. Однако вопрос защиты прав ЛУН оставался открытым, поэтому с 2012 года в Екатеринбурге я начала активно развивать направление уличных юристов. Сейчас потребность в такой помощи очень большая. Если в 2012 году правовая помощь оказывалась 100 людям в год, и у нас был один уличный юрист, то сейчас с нами работают 5 уличных юристов. Такая помощь людям оказывается на постоянной основе.

Кто такие уличные юристы?

Это люди из сообщества, которые обучены основам защиты прав человека. Они оказывают базовую правозащитную помощь и, в случае такой необходимости, передают дела на сопровождение юристам-профессионалам.

Как сами представители ключевых групп относятся к вашей активности?

У нас хорошо налажен контакт с целевой группой, они с радостью получают нашу помощь. Но, к сожалению, есть некоторые сложности. Например, человек в процессе сопровождения может пропасть на некоторое время. Когда он появляется вновь через месяц, мы вынуждены начинать все сначала.

Как думаете, почему так важно привлекать в работу представителей ключевых групп населения?

У нас практически все сотрудники, за исключением двух, — это люди из сообщества. Я сама долгое время нахожусь в ремиссии. Для меня другой подход просто не эффективен. Никто не может прочувствовать и понять ЛУН так, как человек, сам прошедший через это, а главное вышедший с успехом из сложившейся проблемной ситуации.

Когда люди что-то делают для общества, у них зачастую в мыслях есть идеальный пример этого общества. Есть ли он у вас?

Идеальных примеров стран у меня нет. Везде есть свои недостатки. Когда заходит речь о подходе к работе с ЛУН в России, я отвечаю, что ее просто нет. Те немногочисленные НКО, которые оказывают программы Снижения Вреда (СВ), не могут в полной мере охватить всех ЛУН. Для меня идеал — это когда в стране развита социальная помощь, есть программы СВ, есть доступ к качественному лечению, нет стигмы и дискриминации в обществе.

Координационный комитет просит Глобальный фонд о помощи в борьбе с ВИЧ

Координационный комитет по профилактике и борьбе с ВИЧ/СПИД, ответственный за координацию и реализацию грантов Глобального фонда для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией в Российской Федерации, призвал Глобальный фонд выделить средства организациям гражданского общества на поддержку борьбы с эпидемией ВИЧ на следующие три года.

2019 год является годом пополнения средств Глобального фонда для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией (Глобальный фонд). В конце этого года, основываясь на результатах пополнения, Глобальный фонд примет решение о том, какие страны и в каком объеме смогут претендовать на средства для борьбы с ВИЧ, туберкулезом и малярией на следующий 3-летний период.

Согласно списку стран, соответствующих квалификационным критериям на получение средств Глобального фонда на 2019 год, Российская Федерация может иметь право на получение финансирования для поддержки ответных мер на эпидемию ВИЧ/СПИДа в течение следующих 3 лет. Поскольку Российская Федерация не входит в список получателей официальной помощи в целях развития, в соответствии с политикой Глобального фонда, Российская Федерация может иметь право на получение средств только для поддержки усилий по противодействию ВИЧ, предпринимаемых неправительственными организациями или организациями гражданского общества, и только в том случае, если в стране имеются явные барьеры для обеспечения государственной поддержки необходимых ответных мер на эпидемию среди ключевых групп населения, в соответствии с эпидемиологической ситуацией в стране.

В соответствии с политикой Глобального фонда в отношении квалификационных критериев, “право на получение такого финансирования будет оцениваться Секретариатом фонда в рамках процесса принятия решений о выделении средств. В рамках своей оценки Секретариат, при консультационной поддержке соответствующих структур ООН и других партнеров, в зависимости от обстоятельств, рассмотрит ситуацию в области прав человека в стране в контексте ключевых групп населения, и, в частности, вопрос о том, существуют ли законы или политика, которые влияют на практику и/или ограничивают предоставление научно обоснованных мер профилактики для ключевых групп населения”.

Не секрет, что Восточная Европа и Центральная Азия (ВЕЦА) являются единственным регионом в мире, где эпидемия ВИЧ продолжает расти, и Россия рассматривается как “движущая сила” этого регионального роста. Согласно «Global AIDS update» (обновленные данные по глобальной эпидемии СПИДа) ЮНЭЙДС 2018 года, «эпидемия ВИЧ в Восточной Европе и Центральной Азии выросла на 30% с 2010 года, что отражает недостаточную политическую приверженность и внутренние инвестиции в национальные меры по борьбе со СПИДом во многих странах региона. Региональные тенденции во многом зависят от прогресса в Российской Федерации, где проживает 70% людей, живущих с ВИЧ в регионе. За пределами Российской Федерации уровень новых случаев ВИЧ-инфекции стабилен».

 

Предотвратить передозировки

31 августа в мире отмечается Международный день осведомленности о передозировках.

Ежегодно по всей планете десятки тысяч людей испытывают на себе последствия передозировки наркотиками, часть из них умирает. В России, например, в 2018 году было зарегистрировано 16 336 случаев передозировки наркотическими веществами, большая часть которых пришлась на Москву, Санкт-Петербург, Московскую и Ленинградскую области.

Улучшить эту статистику можно с помощью программ снижения вреда. Этим, например, занимается благотворительный фонд «Гуманитарное действие» из Санкт-Петербурга. Мы поговорили с Алексеем Лаховым, представителем этого фонда и директором Коалиции НКО в области снижения вреда «Аутрич».

Алексей, почему вы решили заняться вопросами профилактики передозировок? 

Профилактика передозировок — это один из важнейших компонентов программ снижения вреда. Все просто — спас человека во время передозировки — спас ему жизнь. Лично для меня это важно, потому что несколько моих друзей умерли от передозировки. Поэтому, помимо работы в фонде «Гуманитарное действие», я веду сайт Drugmap.ru, на котором собрана информация о профилактике передозировок и приведены карты передозировок в районах Санкт-Петербурга.

Что включает в себя программа снижения вреда, которой занимается ваш фонд?

Программа снижения вреда, которую реализует наш фонд, состоит из следующих компонентов:

  • Обмен и утилизация использованных игл и шприцев.
  • Предоставление людям, употребляющим наркотики (ЛУН), мотивационного пакета, включающего стерильные шприцы, влажные салфетки, воду для инъекций, мази, бинты.
  • Экспресс-тестирование на ВИЧ, вирусные гепатиты В и С, сифилис.
  • Сопровождение в Центр СПИД для постановки диагноза и начала приема АРВ-терапии.
  • Выдача налоксона (препарат от передозировок опиатами).

Очевидно, что в связи с криминализацией употребления наркотиков люди не знают, куда обращаться в случае передозировки. Каков же выход?

Действительно, люди, употребляющие наркотики, боятся звонить в скорую помощь, если у них самих или их друзей произошла передозировка, поскольку за факт употребления наркотика может наступить административная ответственность. На мой взгляд, в нашей стране нужно принять аналог так называемого «Закона доброго самаритянина», действующего в Северной Америке и некоторых странах Европы — когда вызов скорой на помощь при передозировке не заканчивается твоим преследованием со стороны правоохранительных органов.

Вы создали закрытый чат для клиентов в мессенджере Telegram. Насколько он популярен?

Да, в Telegram есть официальный канал нашего фонда https://t.me/haf_spb_org, насчитывающий почти 1 200 подписчиков, а также закрытый чат для клиентов и чат по снижению вреда от употребления новых психоактивных веществ («солей»). Все эти площадки ведутся и модерируются самими клиентами — активными наркопотребителями. По сути, на сегодня для нас это — наиболее эффективные каналы коммуникации с нашими клиентами. Там есть информация о местах стоянки наших мобильных пунктов, можно напрямую связаться с нашими сотрудниками, получить консультацию онлайн, просто пообщаться с другими людьми.

Однажды с помощью канала мы в режиме реального времени помогли «откачать» человека с передозировкой опиатами — девушка написала нам, что ее молодой человек перестал дышать. Мы, наши сотрудники и другие наркопотребители, подписанные на наш канал, в ответных сообщениях подсказывали ей, как правильно применять налоксон.

Ваш фонд организовал в Санкт-Петербурге мобильный пункт профилактики ВИЧ. Как он работает?

Да, у нас есть три мобильных пункта профилактики ВИЧ-инфекции. Один, «Расписной автобус», стоит у станций метро и открыт для всех желающих. Также есть «Синий автобус» — это больше, чем пункт профилактики ВИЧ, это самая настоящая мобильная клиника, которая включает в себя и программу снижения вреда, и врачебный осмотр, и перенаправление в наркологическую амбулаторию и стационар. А также есть «Маленький автобус», который помогает людям, употребляющим наркотики, но ориентирован, в первую очередь, на женщин, включая уличных секс-работниц.

Проводите ли вы встречи для ЛУН?

Да, в этом году, например, мы провели уже два тренинга по профилактике передозировок, в том числе — новыми психоактивными веществами. Они вызвали большой интерес, поэтому мы собираемся устраивать такие встречи регулярно, в том числе — с привлечением квалифицированных медицинских специалистов. Надеюсь, что ближайшую встречу удастся провести уже 31 августа, в Международный день повышения осведомленности о передозировках.

Какие интересные проекты по снижению вреда вы знаете?

Мне очень нравится один проект в Новосибирске, он называется «Позитивные стратегии». В рамках этого проекта ЛУН могут получить сертификат на получение мотивационного пакета, включающего стерильные шприцы, воду для инъекций и т.д., в крупнейшей сети аптек города. Кузбасскому отделению Красного креста недавно удалось получить деньги из областного бюджета (впервые в России) на профилактику передозировок с помощью налоксона.

Подобные программы и проекты каких стран привлекают ваше внимание?

В конце 2018 года голландская организация Mainline выпустила полезное руководство по снижению вреда от психостимуляторов, включая новые психоактивные вещества. Там много действительно полезной информации, актуальной и для нас. Поэтому наши волонтеры сделали неформальный перевод этого руководства на русский (с разрешения организации), чтобы мы могли поделиться им с коллегами и сотрудниками.

Мониторинг стигмы и дискриминации в связи с ВИЧ

Способы проявления стигмы и дискриминации в связи с ВИЧ являются сложными и разнообразными. В настоящее время для мониторинга стигмы и дискриминации в связи с ВИЧ используется множество различных мер с различных точек зрения.

Для лучшего понимания состояния стигмы и дискриминации в связи с ВИЧ и прогресса в их искоренении, поддержки адвокации по борьбе со стигмой и дискриминацией в связи с ВИЧ и выявления пробелов в данных ЮНЭЙДС координирует разработку суммарных показателей стигмы и дискриминации в связи с ВИЧ.
Начиная с 19 августа 2019 года в течение трех недель будут обсуждаться различные элементы проекта мер. Модерируемая дискуссия каждую неделю будет проходить под руководством ведущего по нескольким ключевым вопросам. Материалы и рекомендации, поступающие каждую неделю, будут распространяться в начале следующей недели и использоваться для информирования следующего элемента о мерах, подлежащих обсуждению.
Чтобы принять участие в консультации, пожалуйста, прочтите информацию здесь.

В Политической декларации по ВИЧ и СПИДу 2016 года глобальное сообщество обязалось искоренить стигматизацию и дискриминацию в связи с ВИЧ к 2020 году «в интересах равного осуществления всех прав человека и равного участия в гражданской, политической, социальной, экономической и культурной жизни без предубеждений, стигматизации и дискриминации любого рода» людей, живущих с ВИЧ, подвергающихся риску инфицирования или затронутых ВИЧ.
Заявка предусматривает разработку одного сводного показателя стигмы и дискриминации в связи с ВИЧ и четырех сопутствующих сводных показателей стигмы и дискриминации, которым подвергаются секс-работники, геи и другие мужчины, имеющие половые контакты с мужчинами, потребители инъекционных наркотиков и трансгендерные лица, связанные с другими факторами помимо ВИЧ. Это позволит охватить различные формы стигмы и дискриминации, с которыми могут сталкиваться ключевые группы населения, наиболее затронутые ВИЧ, которые могут не быть непосредственно связаны с ВИЧ, но которые оказывают значительное влияние на меры в ответ на ВИЧ.
Целью этой виртуальной консультации является поощрение широкого участия, особенно людей, живущих с ВИЧ и затронутых этой проблемой, геев и других мужчин, имеющих половые контакты с мужчинами, трансгендеров, молодежи, работников коммерческого секса, потребителей наркотиков и женщин, из всех регионов. Материалы, полученные в ходе этих консультаций, будут использоваться для информационного обеспечения разработки мер и обеспечения того, чтобы они были ориентированы на интересы людей, отражали жизненный опыт и реалии жизни людей, а также были значимыми для обоснования программной деятельности.

Краткое изложение материалов и рекомендаций консультации будет представлено в сентябре 2019 года. 

Факты о ВЕЦА

Состояние эпидемии ВИЧ в Восточной Европе и Центральной Азии (ЮНЭЙДС, 2017)
 
С начала эпидемии:
• Зарегистрировано более 76 млн. ВИЧ-инфицированных пациентов
• Умерли  от сопутствующих СПИДу болезней 35,0  млн. человек
• Число людей, живущих с ВИЧ, составляло 36,7  млн. человек, из них  2,1  млн. детей в возрасте до 15 лет
• 20,9  млн. человек (28%), живущих с ВИЧ, получали лечение
• 76% беременных женщин, живущих с ВИЧ, получили доступ к лечению с  целью предотвращения передачи вируса плоду
•  В 2017 году во всем мире зарегистрировано 1,8  миллиона новых случаев заражения ВИЧ.
 
Вы уже зарегистрировали свои абстракты на семинар ВЕЦА INTERACT 2019?
ВНИМАНИЕ! Участники, тезисы, которых будут выбраны для презентации в качестве устного доклада, могут рассчитывать на покрытие расходов на участие в конференции принимающей стороной. Более подробная информация здесь.

Призыв к отмене ограничений на перемещение, связанных с ВИЧ

В 2019 году около 48 * стран и территорий все еще сохраняют ограничения, включающие в себя обязательное тестирование на ВИЧ и раскрытие статуса в качестве требований для разрешения на въезд, проживание, работу и / или учебу.

ЮНЭЙДС и Программа развития ООН (ПРООН) продолжают убеждать страны в необходимости выполнения обещаний, данных в Политической декларации ООН 2016 года по искоренению СПИДа, которые касаются отмены всех видов ограничений на перемещение, связанных с ВИЧ. Ограничения на перемещение, основанные на реальном или приписываемом ВИЧ-статусе, носят дискриминационный характер, препятствуют доступу к услугам в области ВИЧ и способствуют росту стигмы и дискриминации.

Из 48* стран и территорий, в которых действуют связанные с ВИЧ ограничения на перемещение, не менее чем в 30 налагаются запреты на въезд и проживание на основании ВИЧ-статуса, а 19 стран на этом основании депортируют иностранных граждан. С 2015 года только лишь четыре государства предприняли меры по снятию таких ограничений: Беларусь, Литва, Республика Корея и Узбекистан.

На проходящих в Женеве (Швейцария) сессиях Совета по правам человека, 41-я из которых состоялась в конце июня , неоднократно поднимались соответствующие вопросы и привлекалось внимание международного сообщества к высокой важности защиты прав человека в ходе противодействия ВИЧ; недавним примером стала принятая 5 июля 2018 года резолюция о необходимости соблюдения прав человека в контексте борьбы с ВИЧ.

«Требования обязательного прохождения тестирования на ВИЧ как основания для ограничений на перемещение не основаны на научных данных, наносят ущерб правам человека и закрепляют в обществе стигму и дискриминацию”, — считает Дайнюс Пурас, специальный докладчик ООН по вопросу о праве каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья.

Сегодня ЮНЭЙДС и ПРООН, организаторы проектов Объединенной программы по вопросам защиты прав человека и отказа от стигмы и дискриминации, продолжают сотрудничество с партнерами, правительствами и гражданскими организациями с целью изменения всех законов, ограничивающих перемещение на основании ВИЧ-статуса, способствующее реализации глобальной партнерской программы по искоренению всех форм стигматизации и дискриминации, связанных с ВИЧ.

*В список 48 стран и территорий, в которых в той или иной форме сохраняются ограничения на перемещение, связанные с ВИЧ, входят: Ангола, Аруба, Австралия, Азербайджан, Бахрейн, Белиз, Босния и Герцеговина, Бруней-Даруссалам, Каймановы Острова, Острова Кука, Куба, Доминиканская Республика, Египет, Индонезия, Ирак, Израиль, Иордания, Казахстан, Кувейн, Кыргызстан, Ливан, Малайзия, Мальдивская Республика, Маршалловы Острова, Маврикий, Новая Зеландия, Оман, Палау, Папуа — Новая Гвинея, Парагвай, Катар, Российская Федерация, Сент-Китс и Невис, Самоа, Саудовская Аравия, Сент-Винсент и Гренадины, Сингапур, Соломоновы Острова, Судан, Сирийская Арабская Республика, Тонга, Тунис, Туркменистан, Теркс и Кайкос, Тувалу, Украина, Объединенные Арабские Эмираты и Йемен.

 

Дарья Алексеева: «Большинство заявок в Фонд оперативной помощи поступает из России»

Автор: Олеся Кравчук, AFEW Интернешнл

Начиная с декабря 2018 года, организации из 10 стран Восточной Европы и Центральной Азии могут получать малые гранты в сумме до 5 000 евро в расчете на один грант. AFEW Интернешнл и Aidsfonds начали предоставление грантов в рамках Фонда оперативной помощи ключевым сообществам. Финансовая поддержка деятельности Фонда обеспечивается СПИД-Фондом Элтона Джона и Aidsfonds. С помощью этих небольших грантов AFEW Интернешнл и Aidsfonds поддерживают организации, которые представляют ключевые группы населения, выживающие в трудных ситуациях, с которыми они сталкиваются из-за правовых барьеров, стигмы и дискриминации, финансовых проблем и политических ограничений. Поддержка предоставляется организациям, осуществляющим деятельность, обеспечивающую доступ к профилактике, лечению и/или услугам в связи с ВИЧ для ключевых групп населения, или проектам, защищающим права человека основных групп населения. Общая сумма средств, имеющихся в Фонде чрезвычайной поддержки эквивалентна 750 000 фунтов стерлингов.

Сегодня мы говорим с Дарьей Алексеевой, программным менеджером AFEW Интернешнл, о первых результатах деятельности Фонда и о том, что необходимо для того, чтобы получить малый грант.

— Каковы первые результаты работы Фонда оперативной помощи?

На первом этапе наши основные задачи состояли в том, чтобы наладить процесс подачи заявок, процедуру их отбора, а также обеспечить технические возможности приема и рассмотрения заявок. До 1 декабря 2018 года все эти три компонента уже были обеспечены. Мы распространили приглашение к подаче заявок на малые гранты среди сетей AFEW, Aidsfonds, а также среди членов Рекомендательного совета. В декабре 2018 года AFEW Интернешнл создал систему предоставления грантов организациям, подавшим заявки. 4 января состоялось первое заседание оперативной группы по рассмотрению заявок. С 1 декабря 2018 года мы получили 96 заявок, из которых 42 заявки (44%) были одобрены для получения грантов. По состоянию на конец марта 2019 года общая сумма утвержденных грантов составила 235 000 евро.

— Какие страны подают больше всего заявок в Фонд?

Большинство заявок приходит из России. Мы получили 45 заявок из Российской Федерации и утвердили 22 из них. Вторая по активности подачи заявок страна – Таджикистан, из которого мы получили 15 заявок и утвердили 7 из них. Третье место занимает Украина, из которой нам поступило 16 заявок, 5 из которых были утверждены.

— На решение каких проблем чаще всего направлены заявки?

Больше половины предоставленных грантов направлены на работу с людьми, живущими с ВИЧ (ЛЖВ) – 55%. Третья часть грантов была выделена для реализации проектов, направленных на поддержку сообщества ЛГБТИ, и еще треть – сообщества мужчин, практикующих секс с мужчинами (МСМ). Также треть грантов направлены на поддержку проектов для людей, употребляющих наркотики (ЛУН). На поддержку секс-работников и уязвимых женщин направлено одинаковое количество грантов – по 21%.

— Каким образом Фонд помогает решить проблемы, с которыми сталкиваются организации?

Мы помогаем справиться с широким кругом кризисных ситуаций. Перед Фондом поставлено несколько целей. Первая из них – содействовать сокращению ежегодного числа новых случаев ВИЧ в Восточной Европе и Центральной Азии (ВЕЦА). Вторая цель – расширить доступ всех людей, живущих с ВИЧ, в регионе ВЕЦА к лечению. Третья цель – обеспечить полное финансирование ответа на ВИЧ в странах ВЕЦА.

Таким образом, мы выделяем средства на поддержку деятельности, способствующей достижению этих целей. Среди поддержанных нами грантов есть проекты, направленные на предоставление услуг снижения вреда, тестирования на ВИЧ и переадресацию представителей труднодоступных групп (МСМ, ЛГБТИ) на лечение. Мы оплатили ремонт мобильных устройств для аутрич-работников, закупку молочной смеси с целью создания ее запасов для ВИЧ-позитивных женщин. Мы оказываем поддержку проекту по работе с ЛЖВ с инвалидностью, чтобы обеспечить их приверженность лечению, а также проектам, которые помогают заключенным получить доступ к тестированию и лечению и обеспечить их приверженность лечению после выхода из мест лишения свободы. Кроме того, есть проекты по организации тренингов для медработников с целью формирования у них толерантного отношения к ключевым группам населения, например, к трансгендерным людям, для расширения доступа и повышения качества услуг здравоохранения и антиретровирусной терапии. Также мы оказываем поддержку адвокационным проектам, направленным на повышение осведомленности о потребностях ключевых групп и увеличение финансирования, например, путем предоставления правовой поддержки в случае нарушения прав человека в тюрьмах с целью формирования доказательной базы для адвокации. Есть и многие другие направления работы, которые мы поддерживаем. Эти направления соответствуют трем целям, упомянутым мною выше.

— Какие заявки Фонд отклоняет?

Некоторые проекты предусматривают проведение разовых мероприятий, которые недостаточно продуманы с точки зрения обеспечения их устойчивости. Например, это касается проведения тренинга для аутрич-работников без создания системы для поддержки их работы в будущем. Вместе с тем, есть проекты, направленные на решение какой-то ситуации, где действительно необходима оперативная помощь. Некоторые заявки просто слабо написаны. Мы всегда даем обратную связь и предлагаем свои рекомендации по поводу того, каким образом можно улучшить заявку, если организация решит подаваться на грант еще раз.

— Каковы планы Фонда на будущее? Сколько проектов вы планируете поддержать в 2019 году и в последующие годы?

До конца 2020 года мы планируем поддержать как минимум 100 заявок или даже больше. Мы будем продолжать поддержку заявок до тех пор, пока не исчерпаем все имеющиеся средства. Возможно, это случится уже в середине 2020 года. Количество грантов, которые будут предоставлены, зависит от суммы запрашиваемых средств. В некоторых случаях мы выделяем гранты в размере до 10 000 евро, особенно если проект направлен на решение вопросов больших ключевых групп или если он помогает сформировать доказательную базу, необходимую для развития программ профилактики и адвокационных усилий, направленных на национальное или местное правительство. Если кризисную ситуацию нельзя решить в рамках 5 000 евро, мы можем также предоставлять гранты большего размера. Мы ожидаем, что во втором квартале 2019 года будет несколько меньше утвержденных грантов. Кстати, из-за отпусков летом у нас будет перерыв в рассмотрении грантовых заявок с 8 июля до 16 августа.

Анастасия Покровская: «Депортация мигрантов с ВИЧ ведет к криминализации»

Фото: minusvirus.org

Автор: Оксана Маклакова, Россия

Правительство России планирует увеличить число граждан страны на 5-10 миллионов человек за счет мигрантов из Украины, Казахстана, Узбекистана и Молдавии. Такое заявление сделало руководство. При этом Россия сегодня остается единственной страной Совета Европы, которая продолжает депортировать иностранцев с ВИЧ. В том, что изменение законодательства в этом отношении могло бы сохранить здоровье многих людей и способствовать декриминализации, уверяет старший научный сотрудник Федерального центра СПИД Анастасия Покровская. В рамках программы «Партнерство» она участвовала в подготовке экспертного заключения в проекте по обеспечению доступа мигрантов к терапии от ВИЧ и за отмену нормы о депортации ВИЧ-положительных иностранцев, въезжающих в Россию.

— Как много мигрантов приезжает в Россию и о каком проценте пораженности ВИЧ в этой группе можно говорить?

— По данным МВД в 2018, Россия выдала 1 671 706 патентов мигрантам из-за рубежа. Это те, кто въезжает легально и кого официально регистрируют. Чтобы получить трудовой патент или разрешение на пребывание в стране более трех месяцев, необходимо пройти медицинское обследование, в том числе тестирование на ВИЧ. Процент пораженности составляет где-то 100 случаев ВИЧ на 100 тысяч обследованных. Но судить по этому показателю, высокий он или низкий, нельзя, ведь некоторые мигранты, предполагая о возможном диагнозе, просто уходят от обследования. Они уходят в нелегальную зону, либо приезжают на более короткую визу не получают патентов, либо покупают поддельные справки, либо посылают вместо себя обследоваться другого человека. Этот закон о депортации ВИЧ-положительных иностранцев дает очень большое поле для нелегальных действий как со стороны въезжающих, так и со стороны наших организаций, которые помогают обходить закон и предлагают свои нелегальные услуги.

— Это исключительно российская история? Как обстоят дела в других странах?

— Изначально порядка 60 стран работали по принципу — заболел или уже приехал ВИЧ-позитивный – «вон из страны». На сегодня осталось порядка девяти стран, включая Россию, где эти нормы по-прежнему действуют. Некоторые страны, например, США, Армения или Украина отменили эту норму в последние 5-10 лет.

— В чем задача вашего проекта?

— Наша задача была аргументировать, стоит ли вообще менять эту практику. Какие есть демографические и эпидемиологические предпосылки для отмены нормы о депортации. На сегодняшний день разработан документ, где мы с медицинской и с юридической точки зрения обосновываем, почему нам нужно уходить от этого законодательства. Мы выступаем за то, что эту норму закона нужно убрать, потому что это не несет никакой пользы. Во-первых, очевидно, что это не поможет нам остановить эпидемию. По выявляемости новых случаев мы опережаем цифры во многих соседних странах, откуда к нам едут мигранты. Во-вторых, в реальности этот закон не работает. По факту люди остаются в стране, просто уходят в подполье, в серые зоны. В итоге сами болеют и заражают других, их болезнь прогрессирует, поскольку лечение им не доступно. Они не могут уехать за лечением на родину, потому что боятся, что обратно не смогут вернуться.

Фото: minusvirus.org

— Что делается сейчас в условиях такой непростой ситуации?

— Есть НКО, которые помогают в сопровождении таких людей. По закону мы не можем в полной мере обследовать или оказать какую-то сопутствующую медицинскую помощь мигрантам. Самое главное, мы не можем их обеспечить антиретровирусной терапией (АРВТ). В терапии самый большой вопрос. Для граждан России АРВТ выдается бесплатно. Но наше государство не готово по объективным причинам финансировать лечение еще и иностранцев.

— То есть эту норму не отменяют из экономических расчетов?

— Вероятно, да. Из-за того, что боятся финансовых и организационных рисков. Тут нужны международные договоры между странами. Про опыт и наработки других стран в отношении ВИЧ и мигрантов нам говорить сложно, потому что у нас не работает «Глобальный фонд по борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией» и другие международные благотворительные организации, которые могли бы взять на себя какие-то функции. Даже если Россия отменит норму о нежелательном пребывании ВИЧ-позитивных иностранцев и они смогут находиться у нас легально, они вполне могут получать АРВТ из своих стран. Все СПИД-центры стран ближнего зарубежья сотрудничают с мигрантами, стоящими у них на учете, и выдают терапию на руки на несколько месяцев. Однако для того, чтобы встать на учет в СПИД-центре, необходимо выехать из России, а потом вернуться, что в нынешней ситуации невозможно из-за запрета на въезд ВИЧ-положительным иностранцам. Здесь нам придется искать свой особый путь и предложить что-то свое. Варианты возможны, и они обсуждаются, но все это не решится за один день. Окончательно это будет решение политиков. Но пока лицам, принимающим решение, не донесут эту информацию, проблема останется на месте. Мы должны озвучить ситуацию и предложить какие-то решения, только тогда возможен пересмотр закона. Я уверена, что в нашем обществе найдутся те, кто будет выступать против этого закона, считая, что мигранты приносят нам только вред. Но эти люди часто забывают, что мигранты – это уникальный трудовой потенциал, и отчасти демографический потенциал, без которого современной России не обойтись.

AFEW Интернешнл и партнеры начинают новый проект в России и Кыргызстане

Анке ван Дам (справа) и Дарья Алексеева из AFEW Интернешнл представляют проект в России. Фото: Е.В.А.

Начиная с января 2019 года AFEW Интернешнл приступил к реализации проекта «Санкт-Петербург и Бишкек: ключевые группы и приоритеты профилактики ВИЧ и ТБ», финансируемого через Aidsfonds в рамках PITCH. Проект охватывает ключевые группы населения и приоритеты профилактики ВИЧ и туберкулеза в Санкт-Петербурге, Россия и Бишкеке, Кыргызстан.

PITCH – это стратегическое партнерство между Aidsfonds и Frontline AIDS (бывший Международный альянс по ВИЧ/СПИДу), работающее с теми, кто больше всего пострадал от ВИЧ: девочками-подростками и молодыми женщинами, ЛГБТИ, людьми, употребляющими наркотики, заключенными и секс-работниками. Программа направлена на то, чтобы дать возможность этим группам трансформировать (меж)национальные меры в ответ на ВИЧ путем укрепления их навыков и потенциала в области адвокации и продвижения инновационной практики, основанной на фактических данных. Это будет способствовать присоединению городов в Российской Федерации, Восточной Европе и Центральной Азии (ВЕЦА) к ускоренной городской инициативе и созданию политической поддержки мер в ответ на ВИЧ/СПИД, ориентированных на ключевые группы населения.

«В рамках этого проекта мы сконцентрируемся на работе с правительствами Санкт-Петербурга и Бишкека и муниципальными структурами для работы над географически-ориентированными мерами противодействия ВИЧ, — говорит руководитель программы AFEW Интернешнл Дарья Алексеева. — Таким образом, мы продолжаем нашу работу, которую мы рассматривали в рамках проекта «Ускоренный ответ на эпидемии ВИЧ/ТБ среди ключевых групп в городах Восточной Европы и Центральной Азии» в партнерстве с «Альянсом общественного здоровья», где мы разрабатываем модели устойчивых мер реагирования городов на ВИЧ и туберкулез для ключевых групп населения в странах ВЕЦА, которые вносят значительный вклад в достижение целей 90-90-90 по ВИЧ/ТБ для ключевых групп населения».

Проект «Санкт-Петербург и Бишкек: ключевые группы и приоритеты профилактики ВИЧ и ТБ» будет работать над несколькими стратегиями: исследования с участием общественности, которые смогут выявить наиболее острые потребности ключевых групп населения, изменение отношения тех, кто принимает решения, к ключевым группам, участие ключевых групп в процесс адвокации и обмен опытом между тремя странами, переговоры с городскими властями о подписании Парижской декларации и Декларации по туберкулезу Zero TB.

Светлана Изамбаева: «Обнажая тему ВИЧ, говорим о насилии и буллинге»

Автор: Олеся Кравчук, AFEW Интернешнл

Светлана Изамбаева – одна из первых ВИЧ-положительных женщин России, которая не побоялась открыть свое лицо. Светлана помогает и другим людям, живущим с ВИЧ. Летом 2018 года Некоммерческий благотворительный фонд Светланы Изамбаевой провел слёт для подростков, живущих с ВИЧ, финансовую поддержку которому оказал также и AFEW Интернешнл. Мы поговорили со Светланой о том, что интересного было на этом слёте в Грузии и почему, говоря о ВИЧ, «обнажаются» и другие темы.

— Светлана, скажите, пожалуйста, откуда появилась идея проведения летнего слета? Кто в нем смог принять участие?

— Началось все с того, что мы хотели поддержать подростков, живущих с ВИЧ в Казани. Потом ребята, которые уже собирались в течении пяти лет, предложили идею о встрече с подростками из других городов и стран. Несколько подростков Казани мечтали побывать на море. Так из мечты подростков у нас реализовался целый проект под названием «#всёпросто». До этого мы проводили одно- или трехдневные тренинги по городам Татарстана, в Уфе, в Нижнем Новгороде, в Иркутске.

Мы определись с местом слёта и стали распространять информацию через социальные сети и СПИД-центры. Незамедлительно получили реакцию. Отвечали нам в основном и мамы детей с ВИЧ, и сами подростки, живущие с ВИЧ. Каждый, кто хотел пройти наш слёт, получал анкету и проходил отбор. Одним из важным условием данного слёта было то, что подросток знает о своем ВИЧ статусе. В этом году слёт в Грузии объединил подростков от 11 лет и старше из шести стран: Россия, Украина, Армения, Грузия, Белоруссия, Казахстан и девяти городов России: Владивосток, Иркутск, Екатеринбург, Нижний Новгород, Казань, Оренбург, Ростов, Санкт-Петербург, Москва.

— Чем ваш слёт отличается от обычного летнего лагеря для детей?

— Наш слёт – не просто лагерь. У нас проходит полное погружение в тему ВИЧ, включая все медицинские и психологические вопросы. Через интерактивные игры и квесты мы закрепляем теоретическую часть. Мы поднимаем вопросы связанные с чувствами, эмоциями, переживаниями, прорабатываем стыд, обиды и боли, принятие диагноза и обретение силы. Важным фактором является то, что у ребят много игр на тему ВИЧ, они узнают об иммунной системе и начинают понимать для чего необходимо принимать лекарства строго по времени. Некоторые подростки впервые знакомятся с ребятами, у которых тоже ВИЧ. На территории слёта свободно в течении 10 дней говорят вслух о ВИЧ, что позволяет «обналичить» и принять свой диагноз.

— Каким было ваше самое большое открытие этого слёта? Что удивило позитивно и, быть может, негативно?

— Каждый слёт запоминается своей историей и каждый не похож на другой. Мы каждый раз по новой садимся с командой тренеров и разрабатываем новые упражнения и новые квесты для ребят. Удивляет глубина чувствования и степень доверия и открытости подростков с ВИЧ. Каждый готов прорабатывать свои проблемы, не все готовы это делать в группе. С первого дня слёта работают индивидуальные сессии с психологом, и мы предлагаем их ребятам. Также одним из удивлений стало то, что обнажив тему ВИЧ, выходят более глубокие темы как насилие, буллинг, зависимость родителей. Негативным моментом бывают родители или опекуны. Был один случай, когда опекун не готов был работать вместе целый день и потом ещё и вечером. Мы много времени уделяем знаниям, но они все подаются в игровой форме и ребятам весело. И, хоть море от нас и в пяти минутах ходьбы, но приоритет – это наша программа и те знания, которые получают подростки и их опекуны или родители.

— С какими проблемами в планировании слета вы столкнулись и как их преодолевали?

— Основная проблема – в сборе средств на слёт. Нам необходимы средства для проживания и питания участников, для оплаты тренеров, (хотя все три раза мы не платили ни тренерам, ни логисту), на канцтовары, призы, футболки и бейсболки. Важно, чтобы на 30 ребят было не меньше пяти тренеров, ведь мы работаем как в общей группе, так и в мини-станциях. Все это мы находили у спонсоров, и это было достаточно непросто. Также мы стали обучать на нашем слёте специалистов, которые хотят в своих регионах провести подобные мероприятия.

— Чем такой слёт важен? Достигли ли вы те цели, которые хотели достичь?

— Слёт важен для каждого подростка, и об этом говорят их анкеты обратной связи и отзывы ребят. Изменения, которые происходят с каждым подростком, можно просмотреть на диагностических рисунках в первый и в последний день слёта. В первый день на вопрос, что они чувствуют, думают и хотят сделать, когда слышат слово «ВИЧ», рисуют страшные картинки, пишут «боль, стыд, страх, не хочу об этом говорить». В последний день в ответе на этот же вопрос ребята рисуют силу, уверенность, свободу, легкость и хотят помогать таким же ребятам. Слёт важен тем, что теперь они не бросят принимать лекарства просто так, что они будут привержены к лечению. Мы уже видим результаты их анализов крови. Наш слёт – это также профилактика суицида и депрессии.

— Планируете ли вы похожие мероприятия в будущем?

— Мы уже организовали и провели четыре слёта: в 2017 году – в Сочи и в Санкт-Петербурге, в 2018 году – в Грузии в Уреки и в России во Владивостоке. У нас апробирована программа, подготовлены тренера и мы планируем в России запустить слёты и сформировать центры для подростков: в Иркутске, Казани, Краснодарском крае. В следующем году мы планируем провести обучение первого уровня для новых участников в каждом из территориальных мест, провести слёт в Иркутске на Байкале и следом провести один Международный слёт в Армении. Также хотим провести сбор и обучение в Подмосковье для команды лидеров со всех слётов.